• Пути к себе
    показать все рубрики (161)
  • О портале
  • Как научиться любить. Воспоминания прошлой жизни

    Ма́рис Дре́шманис 142 Просмотров

    Я — студентка Института Реинкарнационики. С момента поступления в Институт Реинкарнационики уже произошло много значимых для меня событий.

    Без преувеличения могу сказать, что сейчас каждый день жизни насыщен красками и открытиями. Опыта написания статей у меня нет, но, может быть, это будет полезно для читателей журнала. В любом случае, я благодарна возможности поделиться с вами!

    Первый дождь

    В тот день в нашем городе был первый дождь. Еще совсем неуверенный, вперемешку со снегом. Порывы ветра, гуляющие по крыше, стук мелких беспокойных капель по стеклу — все это снова оживило во мне чувство тоски. Именно то чувство, которое не покидало меня с детства, с первых моментов памяти.

    Выйдя на балкон, вдохнув теплый воздух ранней весны, увидев серое небо и каскад капель на стекле, я еще острее ощутила в себе этот серый тоскливый комочек, где-то в самой груди под сердцем. Первые мысли: «Ну, вот… Опять грусть-тоска… Прекращай! Весна ведь! Не думай о плохом!» А потом я все же решила «подумать»…

    И вот, мой запрос звучал так: «Откуда это чувство тоски, которое возникает каждый раз, когда идет дождь?» Мне хотелось понять, почему я так остро всегда отношусь к дождю, а в детстве могла часами сидеть на веранде и тосковать, грустить, плакать… По кому? Почему?

    Это был один из моих первых опытов в самопогружении. Удобное положение, расслабление… И вот… Я вижу…

    Альберто

    Мокрая каменная мостовая. Слышу стук каблуков, чувствую биение своего сердца. Я тороплюсь, ноги путаются в длинной тяжелой одежде коричневого цвета. На мне капюшон, но это не спасает от дождя, я насквозь промокла. Я молодая женщина. В руках, пряча их под плащом, я держу сверток. Что-то тяжелое. В свертке лежат 3 маленьких мешочка, это деньги.

    Я собирала их очень долго, мечтала сбежать из хозяйского дома со своим любимым. Мне платят небольшое жалованье, но что-то я все же собрать успела.

    Я очень тороплюсь. Наконец подхожу к большому каменному дому, открываю тяжелую дверь. Несколько ступеней вниз, и там за столом, на котором стоит свеча, сидит человек. Он большой, грузный, ссутулился над столом и, видимо, о чем-то думает.

    Я подхожу к нему и кладу на стол свой сверток. «Я принесла, — говорю ему. — Вы отпустите его?» Человек сгребает сверток, встает, поворачивается ко мне спиной и говорит: «Убирайся вон! Думала, все так просто? Наивная! Пошла прочь!» — и он засмеялся грубым тяжелым смехом. Я оцепенела…

    Ноги стали подкашиваться, руки затряслись, дыхание перехватило… Я верила, я правда верила, что все получится… Рыдания вырываются из моей груди, я бегу к этому человеку, падаю на колени, хватаю его за руки. «Пожалуйста! Я прошу Вас! Я Вас умоляю! Пожалуйста! Пощадите! Отпустите его!» — не перестаю повторять я.

    Он резко отталкивает меня, я отлетаю и ударяюсь головой о ступени. «Пошла вон!» — кричал он. Но это меня не остановило, я вновь поднимаюсь, и, рыдая, валяюсь у него в ногах на грязном полу. Слова уже не складываются, и у меня вырываются только рыдания и «пожалуйста…»

    В отчаянии я поднимаюсь на колени и пытаюсь разорвать свою одежду. «Возьмите меня! Делайте все, что хотите! Только отпустите его!»

    «Ах, ты!»- прокричал человек, и, схватив меня, потащил к двери. «Оставь крысам свое грязное тело! Я сыт!» — и с этими словами он выкинул меня на улицу, в дождь, на мокрую мостовую.

    Я поднимаюсь. На площади уже толпа. К виселице ведут заключенного. По его мокрым черным кудрям стекают струи дождя. Его белая рубашка стала грязно-серой и облепила тело. Отчаянию моему не было предела.

    «Альберто! Альберто! Прости меня! Прости меня!!! Я люблю тебя, Альберто!» — кричала я, пробираясь к эшафоту. Но тут меня схватили. Я почувствовала, как чьи-то руки отбросили меня от возвышения виселицы прямо в толпу. Я упала под ноги галдящим людям, в грязь. Мне было все равно, что промокла одежда, что я лежу в грязной луже под дождем. От отчаяния и рыданий я не смогла подняться.

    Переношусь на месяц вперед. Сухая погода. Осень или конец лета. Я лежу прямо на земле, в пыли. Под головой какой-то камень. Это могила. Могила моего Альберто. Я нашла, где захоронили моего возлюбленного, пришла сюда и, не вставая, лежу на его могиле. Глажу холодный камень. Сил совсем нет.

    Первая встреча

    Перемещаюсь в дни знакомства, хочу понять, какие у нас были отношения, кто я.

    Мы на берегу моря, среди огромных каменных валунов. Бегаем, смеемся, заигрываем друг с другом. Он берет меня на руки, кружит. Мне около 23 лет, это Италия. Знание, что XVI век. Работаю в доме зажиточного человека служанкой, живу там же. Жалованье маленькое, но я его и не трачу, мне незачем.

    Альберто на государственной службе, но ему там очень тяжело. Он мне ничего не рассказывал, я знала только, что среди господ много интриг, все связано с деньгами, властью. Он мечтает уехать, сбежать отсюда. А я вместе с ним. Он кладет мне голову на колени, я глажу его кудрявые локоны. «Ангел мой…» — шепчет он мне.

    Перемещаюсь в момент смерти. Я лежу на кровати, в комнате полумрак. В противоположном углу горит свеча. Рядом со мной монахиня, она смачивает тряпку в чашке с водой и протирает мне лоб. Мне очень жарко, рубашка вся промокла от пота и прилипла к телу. Двигаться не могу, тяжело даже дышать. Монахиня подобрала меня тогда на могиле, пыталась выходить, но я так и не смогла окрепнуть. Она уходит, закрывает за собой дверь.

    Слышу стук ее каблуков по полу, скрип закрывающейся тяжелой двери. Я тяжело вздыхаю, чувствую, что больше ее не увижу. На рассвете я очнулась. Немного дальше кровати — окно. Вижу клочок серого неба. Грустно, но чувствую, что скоро я приду к любимому.

    Моя душа легко выходит из тела. Вижу свое тело, лежащее на кровати. Каштановые волосы прилипли к лицу, На шее — католический крестик. Лицо заостренное, впалые закрытые глаза. Мне немного жаль это тело… Я так и не смогла жить…

    Встреча с близкими душами

    Поднимаюсь, прохожу через крышу, покидаю Землю. Она теперь далеко внизу. Немного дальше — сгусток белого ослепительного света. Я лечу к нему. Ощущение того, что под ногами теперь есть опора. Я похожа на человеческое тело последней жизни, только немного тоньше, прозрачнее.

    О! Я вижу группу душ! Они встречают меня! Не могу разглядеть кого-то знакомого, хотя понимаю, что они — мои близкие. Я немного подавлена и растеряна. Знаю, что они приняли такой «человеческий» вид именно для того, чтобы мне было комфортно.

    Они улыбаются мне и обступают. Но вот я вижу его! Альберто! Нортон! Он улыбается мне, и теперь совсем близко. Нортон — это та близкая Душа, с который мы уже не раз были в воплощении, я узнаю его.

    «Нортон! Я так рада тебя видеть!» — восклицаю я.

    «И я! Я тоже рад!» — отвечает он и окутывает меня своей энергией.

    К нам приближается еще одна Душа. Это Гилман! Мой Гид! Я вижу его в человеческом виде. Это молодой смуглый мужчина в длинной одежде бежевого цвета. Большие карие глаза, а на голове совсем нет волос. Он приветствует меня, улыбается.

    «Вижу, ты не так уж и повреждена, — говорит он. — Но вот это не помешает», — и протягивает мне светящийся шар. Я беру его в руки, и он сам по себе проникает в меня на уровне солнечного сплетения.

    «Тебе нужны силы», — говорит Гилман и позволяет нам с Нортоном побыть немного вместе. Мы прогуливаемся.

    Сейчас нет пейзажа. Это светлое пространство, под ногами – что-то похожее на каменную дорожку, а поодаль — сооружение в виде храма, в котором меня ждет Гилман.

    «Я не справилась?»- спрашиваю я у Нортона, — «Я ведь могла прожить эту жизнь иначе?»

    «Ты могла жить, — ответил Нортон. — Могла научиться любить не только меня».

    «Получается, у меня не вышло… — с грустью отвечаю ему, — я так устала…»

    «Да, думаю, пора возвращаться. Все еще впереди, у тебя все еще впереди», — сказал он и еще раз обнял меня своей энергией. И я вспомнила, как он не раз бывал моим отцом или просто защитником в прошлых воплощениях.

    В чем мой урок?

    Мы вернулись к храму, где меня ожидал Гилман. Я вошла внутрь. Там стоял резной каменный стол, по обеим сторонам которого, – два массивных кресла.

    «Скажи, в чем же урок?...» — спросила я.

    «О! Это ты сейчас сама мне расскажешь!» — широко улыбаясь, ответил он.

    «Хорошо. Нортон говорит, я могла научиться любить… — начала размышлять я. — Да, он прав. Я могла научиться любить… Научиться любить через утрату… Научиться прощать, любить себя, других… Не быть такой зависимой. Могла пойти в веру, помогать людям…»

    «Ну, вот видишь. Все верно, — сказал Гилман, — ты могла изучить грамоту и работать у своего хозяина уже не служанкой. Помнишь, мы просматривали варианты перед воплощением?»

    «О! Как я могла забыть!» — воскликнула я, будто вспомнив нужную информацию уже после экзамена.

    «У тебя еще будет возможность все испробовать и решить, — улыбнулся он. – А сейчас — бегом на восстановление!»

    Я встала и уже около двери спросила: «Ты будешь рядом в следующий раз?»

    «Я всегда рядом, ты же знаешь», — с теплотой в голосе и улыбкой на лице ответил мой Гид.

    Вот так я и узнала причину грусти, которая возникала во время дождя. Что мне это дало? Мне стало легче от понимания причины своей тоски, — теперь она не кажется такой непонятной и необъяснимой. А встреча с Наставником-гидом и близкой душой – просто ни с чем не сравнимое переживание!

    Я почувствовала изнутри тепло близких Душ, их поддержку и понимание. Поняла, насколько многовариантен выбор души. Когда кажется, что ничего уже нельзя изменить, и опускаются руки, — оказывается, выход есть! Есть выбор! И делаем его именно мы сами!

    Поняла, насколько важен для души любой опыт. Что он нисколько не порицаем со стороны Наставников и участников воплощения, даже если жизнь прожита не по задуманному сценарию. А главное – я поняла, насколько важно просто довериться себе и своему сердцу!

     

    Автор статьи: Кристина Никитина

    Источник

    Товары за 100+ руб.
    Товар недели
    Я – магнит для денег
    Свобода от страхов, депрессий и стресса