• Пути к себе
    показать все рубрики (161)
  • Авторам и Реклама
  • Кен Уилбер: Гибель психологии и рождение интегральности

    Центр интегральных практик "Игра" 164 Просмотров



    В 1983 году я прекратил обозначать себя как «трансперсонального» психолога или философа. Вместо этого я начал воспринимать работу, совершаемую мной, в качестве «интегративной» или «интегральной». Таким образом, я начал писать учебник по интегральной психологии под названием «Система, самость и структура» (System, Self, and StructuФre) — двухтомник, который, по ряду причин, никогда не был опубликован. Не так давно, однако, я опубликовал однотомное упрощённое изложение интегральной психологии, достаточно уместно названное как «Интегральная психология: сознание, Дух, психология, терапия» (Integral Psychology — Consciousness, Spirit, Psychology, Therapy). Настоящая статья является обобщением данной книги, а посему и моей психологической модели на текущий день.

    Однако верно то, что данная интегральная психология не может входить в рамки какой-либо из существующих четырёх сил психологической науки (бихевиоральной, психоаналитической, гуманистической или трансперсональной). Интегральная психология претендует на то, что она «трансцендирует и включает» все эти четыре силы, однако данное утверждение является именно тем, что четыре силы остро оспаривают. В любом случае, моё мнение заключается в том, что интегральная психология не является трансперсональной психологией, она представляется более объемлющей, чем что-либо называемое сегодня трансперсональным. Не считаю я, что трансперсональное способно стать или станет поистине интегральным; все её подразделения основываются на моделях, которые в значимой степени менее чем интегральны. Я убеждён, что сфера трансперсональной психологии в этой стране стала скорее специализированной дисциплиной, ограниченной в большинстве своём (но не полностью) районом залива г. Сан-Франциско, и, будучи таковой, она представляет собою очень важное, но ограниченное предприятие. Некоторые критики утверждают, что она превратилась в калифорнийскую причуду, наподобие горячих бань и психоделиков, но, по-моему, это слишком грубое мнение. Однако я действительно убеждён, что трансперсональная психология сузила свой предмет, с одной стороны, и снизила свои стандарты качества — с другой, и, таким образом, она ограничила себя лишь относительно небольшой группой людей. По этой причине она стабильно оказывалась неспособной достичь признания Американской психологической ассоциацией, и на сегодня едва ли возможно найти финансирование для трансперсональных исследований или добиться признания трансперсональной психологии вне кругов её сторонников. Относительный недостаток фундаментальных исследований всё более и более перевёл трансперсональную психологию в разряд простой идеологии или мнений, отделённых от каких-либо достоверных данных.

    Я надеюсь, что интегральная психология, выходя за пределы трансперсональной психологии и конструируя больше мостов с конвенциональным миром, предоставит комплементарный подход для продвижения исследований сознания, при этом сохраняя уважительный и взаимовыгодный диалог с четырьмя силами. Долгое время я был сильным сторонником всех четырёх сил психологии, и я буду продолжать им быть.

    Некоторые критики называют интегральную психологию пятой силой, но я не считаю это полезным подходом (и это может также превратиться в неудачную игру: ну хорошо, вот теперь у нас есть и шестая сила…). К тому же, я убеждён, что четыре силы психологии находятся в процессе медленного умирания, и быть пятой силой этой смертной колонны, пожалуй, нежелательно. Психология, какой мы её знали, по моим убеждениям, попросту мертва. Вместо неё появятся более интегральные подходы.

    Иначе говоря, моё убеждение состоит в том, что психология как дисциплина — в отношении какой-либо из четырёх традиционных главных её сил (бихевиоральной, психоаналитической, гуманистической/экзистенциальной и трансперсональной) — медленно исчезает и больше никогда в какой-либо из четырёх основных своих форм не будет оказывать превалирующее влияние на культуру или академическую среду.

    В этой точке западной истории (попросту говоря, амальгаме традиционных, модернистских и постмодернистских течений) и в особенности в текущий период в Америке (около 2000) мы переживаем период интенсивного флатландского водопада — комбинации воинствующего научного материализма (оранжевый мем) и «ничего кроме поверхностей», или крайности постмодернизма (зелёный мем): кратко говоря, внутренние аспекты изъяты, а внешние — это всё, что есть; нет глубины, только поверхности повсюду, куда ни бросишь взгляд. Это оказывает интенсивное избирательное давление против какого-либо вида психологии, акцентирующего внимание в большинстве своём на внутренних аспектах (психоанализ, гуманистическая/экзистенциальная и трансперсональная психологии).

    Это определяется рядом специфических социальных факторов, таких как, например, то, что медицинская/страховательная индустрия и индустрия «регулируемого медицинского обеспечения» поддерживает лишь краткосрочные виды психотерапии и фармакологической интервенции. Опять-таки внутренние психологии маргинализируются в данном негативном культурном течении. Единственными приемлемыми ортодоксальными подходами к психологии всё более становятся правосторонние подходы, включая биологическую психиатрию, бихевиоральную коррекцию, когнитивную психотерапию (и учтите, что «когниция» в данном случае определяется как «познание объектов или вещей», и, таким образом, когнитивная психотерапия представляет собой не столько исследование глубин, сколько попросту манипуляцию предложениями, которые человек использует для объективного описания самого себя; когнитивная психотерапия в общем работает по «настройке ваших предпосылок» таким образом, что они сходятся с научными, объективными и правосторонними данными) и, наконец, возрастающая, практически эпидемическая зависимость от использования медикаментов (прозак, ксанакс, паксил и т. д.), все из которых сосредотачиваются практически эксклюзивно на правосторонних интервенциях. (См. например, превосходную работу «Два ума» Тани Лурманн [Of Two Minds, Tanya Luhrmann], где «двумя умами», разумеется, являются левосторонние и правосторонние подходы к психологии, и Лурман не оставляет никаких сомнений касательно того, который из них выигрывает забег на выживание; если позволите каламбур, внутренности снаружи, а наружности внутри [interiors are out, exteriors are in].) Такие глупые вещи, как попытка понять, почему вы ведёте себя подобным образом, или попытка понять смысл своего существования или ценности, которые составляют хорошую жизнь, не покрываются политикой страховых компаний, и посему в данной культуре они попросту не существуют. Три из четырёх сил (психоаналитическая, гуманистическая/экзистенциальная и трансперсональная) таким образом, вновь повторюсь, выбираются в качестве противников; и негативное культурное давление ведёт их к вымиранию, и в некоторых случаях оно уже в этом преуспело, так что эти основные силы в одной йоте от статуса динозавров. (Что не обязательно плохо, как мы увидим.)

    Старый бихевиоризм (одна из четырёх сил) выжил именно потому, что он практически эксклюзивно сосредотачивается на внешнем поведении, однако также потому, что он претерпел метаморфозы в сторону более изощрённых формх, две из которых сегодня доминируют: когнитивная наука и эволюционная психология. Важно понять, что обе этих дисциплины представляют квинтэссенцию внешних, или правосторонних, подходов. Когнитивная наука концентрируется на верхнем правом секторе — внешних аспектов индивидов — и исследует данные холоны объективным, научным, эмпирическим способом: человеческое сознание рассматривается в виде результата нейрофизиологических механизмов, органических систем и нейрональных сетей мозга, объединяющихся в индивидуальном сознавании. Психопатология рассматривается в качестве патологии этих органических путей, а лечение включает в себя ремонт этих органических путей (обычно при помощи медикаментов, иногда при помощи модификации поведения). Всё это проводится оно-языком третьего лица.

    Эволюционная психология концентрируется на объективном организме (верхний правый сектор) и том, как его взаимодействие с объективной средой (нижний левый сектор) привело посредством вариации и естественного отбора к определённому поведению индивидуального организма, большая часть которого изначально служило выживанию (определяемому, как всегда в случае правосторонних истин, в виде функционального соответствия). Таким образом, вы ведёте себя так, как вы ведёте (например, мужчины — распутные сексуальные твари, женщины — гнёздные домоседки), поскольку миллион лет естественного отбора оставил вас с этими генами. (Я не оспариваю истины эволюционной психологии, я лишь указываю на то, что они принадлежат только лишь правой стороне.)

    Во всех этих превалирующих формах современной психологии не идёт речи ни о какой интроспекции, ни о каких поисках внутренних аспектов, внутри, в глубине левосторонних секторов. Существуют только объективные «оно», вертящиеся в объективных системах, сетях и эмпирической сети жизни — без внутренних аспектов, интерьера и глубины. И посему, опять-таки, три основных силы внутренней психологии (психоаналитическая, гуманистическая/экзистенциальная и трансперсональная) оставлены медленному распаду, чему они медленно и подвергаются.

    По моему мнению, в это новом социокультурном селективном давлении выживут только те глубинные психологии, которые адаптируются путём принятия «всесекторной, всеуровневой» концептуальной рамки, поскольку только эта рамка (или нечто равно интегральное) может охватить и правосторонние, и левосторонние реальности. Таким образом, левосторонние или глубинные психологии могут спокойно подключить себя к проверенным истинам когнитивной науки и эволюционной психологии без впадения в редукционизм, утверждающий, что существуют только правосторонние реальности. Другими словами, выживут только те психологии, которые подключат себя в формулировки «всесекторной, всеуровневой» модели, которая полностью согласится с биологическими, объективными, эмпирическими и когнитивными компонентами сознания, но только в рамках четырёх секторов. Данный интегральный подход соглашается с относительными истинами правосторонних психологий, но вместе с тем рисует намного более широкую и более всеохватную картину сознания и Космоса.

    Интегральный подход, тем самым, постоянно находится в распоряжении, чтобы указывать на все корреляты внешних событий в мозгу и организме (верхний правый сектор, изучаемый когнитивной наукой и эволюционной психологией) с внутренними событиями в уме и сознании (верхний левый сектор, изучаемый внутренними психологиями) и в дальнейшем показывать, что все они неизменно коренятся также и в культурных и социальных реальностях (нижний левый и нижний правый сектора) — и ни один из этих секторов не может быть редуцирован до другого. Необычайно огромное число исследователей указывают на то, что имеется попросту подавляющее количество аргументов против редукционизма.

    «Всесекторная, всеуровневая» модель, таким образом, остаётся постоянным напоминанием того, что мы можем в действительности полностью признавать все истины во всех четырёх секторах без попытки редуцировать какую-либо из них до других. По мере того, как серьёзные ограничения только лишь объективистских, внешних, правосторонних подходов становятся очевидны для отдельных исследователей (что в конечном счёте происходит почти всегда), интегральные концептуальные рамки, таким образом, оказываются доступны для того, чтобы помочь перескочить к более исчерпывающему подходу.

    Ежели единственными психологиями, которые выживут, будут психологии, включённые во «всесекторную, всеуровневую» модель (включающую поведенческие, интенциональные, культурные и социальные измерения, все из которых тянутся от материи к телу, душе и духу), то подобная психология не является на самом деле той психологией, которую мы знали. Другими словами, четырёхсекторная психология перестала быть психологией (именно поэтому интегральная психология на самом деле не является пятой силой, хотя многие люди будут продолжать называть её таковой). Напротив, интегральная психология есть неотъемлемое свойство Космологии, и её практикая является движением самого Космоса. Именно поэтому я убеждён, что четыре силы будут продолжать исчезать, а их место будет всё более заниматься различными формами интегральной психологии, которые адаптируются к этому новому культурно-селективному давлению (или Эросу) путём принятия областей реальности, которые ещё не заняты (а именно — «всесекторного, всеуровневого» пространства), в которые они могут развиться с обеспечением выживания посредсвом адаптации к ещё более высоким и широким измерениям реальности. Интегральное утверждение состоит в том, что, поскольку «всесекторная, всеуровневая» модель более адекватна реальности, эволюция в сознательное «всесекторное, всеуровневое» пространство имеет неотъемлемую ценность с точки зрения выживания. Аналогично этому, менее адекватные и исчерпывающие подходы предстанут лицом к лицу с давлением, ведущим к вымиранию.

    Это вполне может оставить четыре силы в виде исторических динозавров. В то же время — и это утверждение интегральной психологии оспаривается другими психологиями — всякая истинно интегральная психология будет «трансцендировать и включать» все важные истины четырёх сил. Ничто не потеряно — всё сохранено; даже динозавры сегодня живут в наших птицах. Испытанием для любой интегральной психологии является то, в какой степени она способна принять и когерентно интегрировать валидные исследования и данные из различных школ психологии — не только основных четырёх сил, но и психологии развития, эволюционной психологии, когнитивных наук, феноменологических/герменевтических подходов и т. д. Разумеется, это тяжёлая задача, возможно — навеки недостижимая, но на сегодня мы знаем слишком много, чтобы довольствоваться меньшим.

    нам важно ваше мнение: оставьте комментарий